Роль и место Черноморского региона в контексте национальной безопасности и геополитики Турции

Роль и место Черноморского региона в контексте национальной безопасности и геополитики Турции

Ситуация в бассейне Черного моря имеет тенденцию к усложнению, в частности, характеризуясь ползучим проникновением НАТО в регион (через Румынию, Болгарию и Украину), что вызывает, несмотря на блоковый статус, серьёзную обеспокоенность Турции.

В контексте обстановки в Черноморском бассейне Турция стремится к проведению своей собственной политики «третьего пути», не следуя слепо в фарватере НАТО и балансируя между региональными странами, включая Россию и Украину.

Необходимо отметить, что существующие территориальные споры между Турцией и Грецией в Эгейском море и борьба в Средиземном море с «антитурецким консорциумом» (Греция — Республика Кипр — Египет — Израиль) за газовые месторождения (учитывая поддержку данных стран ЕС) побуждает Турцию искать диалога с Россией для стабилизации ситуации в Черноморском бассейне и минимизации отвлечения сил Турции от более приоритетных вопросов.

Тут стоит отметить, что Россия с 2013 г. на постоянной основе сохраняет флот в Средиземном море (Средиземноморский флот), и, таким образом, Турция, которая с трех сторон окружена морями, оказалась между Черноморским и Средиземноморским флотами России. Турцию, морские границы (8333 км) которой почти 2,5 раза длиннее, чем сухопутные границы (2949 км), тревожит усилений российского флота. Ранее СМИ сообщали о том, что Россия может получить военные базы в Греции, на Кипре и в Египте, которые, кстати, имеют проблемы с Турцией. Анкару также беспокоит движение российских военных кораблей во время сирийской военной кампании из Черного моря в Средиземное и обратно, что осуществляется через центр Стамбула (пролив Босфор).

В тоже время, Турция не заинтересована в том, чтобы НАТО стала доминирующей силой в Черноморском бассейне, что неизбежно снизит турецкое влияние и ужесточит рамки блоковой солидарности.

Возможное изменение баланса сил в регионе вызывает опасения у Анкары и Москвы, которые считают, что появление на Черном море новых игроков, имеющих долгосрочные интересы, зачастую не совпадающие с позициями отдельных причерноморских стран, способно разрушить хрупкий баланс сил и интересов, дестабилизировать ситуацию в регионе. В связи с этим Турция реализует проект «Milgem» по наращиванию мощи своего военно-морского флота.

Так, в конце 2018 года Турция объявила о создании военно-морской базы в районе г. Трабзон  н.п. Сюрмен (примерно в 150 км от границы с Грузией). Это будет третья такая турецкая база на Черном море. Две другие, Синоп и Самсун, используются уже давно и вполне соответствуют потребностям турецкого ВМФ. Тем более, что для турецкого флота Черное море является второстепенным направлением: его основные силы традиционно сосредоточены в Эгейском и Средиземном море. Так, с 2006 г. Турцией проводится военно-морская операция «Средиземноморский щит» с целью защиты нефтеналивного порта Джейхан. В сентябре 2011 г. операция «Средиземноморский щит» была расширена согласно плану «Операция Барбаросса — Эгейский щит». Данный план предусматривал перевод части сил турецкого флота из Черного и Мраморного морей в регион Восточного Средиземноморья. Этот шаг был продиктован стремлением Турции оказать давление на Израиль в вопросе морской блокады Сектора Газа, предупредить выработку углеводородных ресурсов Республикой Кипр в спорных с Турцией экономических зонах, усилить геополитические позиции на Ближнем Востоке.

Основным же назначением военного объекта в н.п. Сюрмен является предоставление дополнительной якорной стоянки для кораблей НАТО, тем самым делая зависимым военно-политический блок в рамках его усилий по обходу Конвенции Монтрё и создаст противовес российскому присутствию в Чёрном море.

Стремление Турции следовать положениям Конвенции Монтрё, регулирующим морскую безопасность, с целью не давать повода к её пересмотру, находит отражение в её внешней политике.

Стремление к равновекторным отношениям, как с НАТО, так и с черноморскими державами (и в первую очередь с Россией) продиктовало инициирование и участие Турции в нескольких моделях сотрудничества между черноморскими государствами.

Одним из первых шагов на пути к установлению тесной кооперации в сфере военно-морской безопасности стран Черноморского региона было принятие в 2002 г. руководством Болгарии, Грузии, Румынии, России, Турции и Украины «Документа о мерах укрепления доверия и безопасности в военно-морской области на Черном море». Инициатива выработки многосторонней договоренности политического характера, направленной на укрепление доверия и безопасности в военно-морской области между причерноморскими государствами была предложена Украиной в 1993 г. Отсутствие предварительного международного опыта сотрудничества по вопросам применения мер укрепления доверия и безопасности в военно-морской области приводило к затягиванию и сложностям в переговорном процессе. Согласно Документу, государства-участники обмениваются информацией о совокупном количестве боевых надводных кораблей водоизмещением с полной загрузкой 400 тонн и более, подводных лодок водоизмещением в погруженном состоянии 50 тонн и более, десантных кораблей и утвержденной численности личного состава мирного времени, находящихся в районе применения. В рамках данной инициативы проводятся обмен визитами между военно-морскими экспертами и офицерами всех уровней, осуществляются контакты между соответствующими военно-морскими учреждениями, приглашения кораблей в порты или на военно-морские базы, программы обмена для офицеров военно-морских сил и мичманского состава, проводятся ежегодные военно-морские учения доверия.

Другим важным шагом в сфере военно-морской кооперации, предпринятым уже по инициативе Турции и России, было создание в 2001 г. в г. Гёльджюк военно-морской группы оперативного взаимодействия БЛЭКСИФОР (BLACKSEAFOR, Black Sea Naval Co-operation Task Group) в составе 6 прибрежных государств – Турции, России, Украины, Болгарии, Румынии и Грузии. В числе основных задач БЛЭКСИФОР — поисково-спасательные и гуманитарные операции, морское разминирование, экологический мониторинг, совместные учения, визиты доброй воли, способствующие росту взаимного доверия и повышению навыков взаимодействия сил военно-морских флотов причерноморских держав. БЛЭКСИФОР может быть использована для миротворческих операций, проводимых по мандату ООН или ОБСЕ.

В тоже время Черноморский регион играет существенную роль в обеспечении экономической безопасности Турции, ввиду важности сохранения неуклонного роста судоходного трафика между Черным и Мраморным морями, являющегося гарантом экономической стабильности северной части республики.

В целях обеспечения данного процесса правящая Партия справедливости и развития (ПСР) проводит масштабный план «Турция — 2023» (в 2023 году Турецкая Республика будет отмечать 100-летний юбилей с момента своего провозглашения), в рамках которого планируется создание новой международной транспортной артерии — судоходного канала «Стамбул» (платной альтернативы «условно бесплатному» Проливу Босфор и строительство нового населенного пункта (вокруг трассы Канала). Так же рассматриваются различные возможности придания этому району особого экономического статуса. К настоящему времени российская сторона официально не проявляет интерес к проекту. Однако, следует отметить, что проект, напрямую не затрагивая режима судоходства, предусмотренного Конвенцией Монтрё, создает формальные основания для внесения в нее новой точки входа в Черное море, что создает определенные риски для существующего в рамках Конвенции статуса-кво. Реализация проекта напрямую затрагивает экономические интересы России, поскольку значительная часть судоходного трафика, которая окажется затронутой возникновением Канала «Стамбул», является российской. Отдельно стоит подчеркнуть усилия турецкого руководства по интеграции проекта в китайскую Инициативу пояса и пути.

Поделиться записью:

Читайте также: